Дохлый Хер

Мне всегда не везло с женщинами, настолько, что даже к своим сорока я до сих пор не знал каково это заниматься сексом с живым человеком. Всему виной моя физиономия, больше напоминающая морду дохлой лошади, за что мои же ученики — облезлые макаки — окрестили меня обидной кличкой. Дохлый Хер.

Я работаю учителем географии.

Раньше думал, что если пойду по пути преподавателя, то наверняка смогу подцепить какую-нибудь сексапильную девчонку, которая, желая хороших оценок, с радостью запрыгнет на мой член.

Не тут-то было!

За одиннадцать лет работы я не получил от этой должности ничего: ни уважения, ни повышения, ни статуса, ни секса… Только обидная кличка, заменившая мне имя, и презрение учеников, которые постоянно ебут мне мозг.

Но…

Однажды, разменяв свой пятый десяток, я внезапно обнаружил, что умею влиять на сознание людей. Это звучит как полный бред. Но это правда! Стоит мне сосредоточиться и щёлкнуть пальцами, и разум у стоящего напротив меня человека моментально отключается, до тех пор, пока я вновь не щёлкну пальцем. Это совершенно безопасно, как и для меня, так и для жертвы; разве что у меня бывают небольшие головокружения от сильной концентрации, но это пустяки.

Долго не придаваясь удивлению, ко мне сразу пришла мысль, в какое русло нужно пустить своё новое умение.

~~~

Её зовут Истелла Тейт. Ей восемнадцать лет. Обладает идеально загорелой кожей и, думаю, имеет восточные корни откуда-то из части Иордании. Точно сказать трудно. Что самое важное, помимо стройного тела, природа наделила её парой огромных доек, явно умещающих в себя по несколько литров молока. Уму не постижимо! Она вылитая хулиганка, вечно ошивающаяся с сомнительными типами. Однажды, поднимаясь с ней по лестнице, я стал заглядывать ей под юбку. Она заметила мои намерения и принялась угрожать; обещала напустить на меня своих псов, чтобы они сломали мне ноги и руки, если я ей не заплачу. И, прижатый к стенке, не желая проблем, мне пришлось заплатить…

Она моя первая цель.

Мне не составляет труда заманить её в свой кабинет. У неё плохие показатели по моему предмету. Конечно, если бы она слушала всё, что я рассказываю на занятиях, она бы преуспевала. Но нет. В аудитории она только и делает что спит.

— Чего вам надо? — презрительно спрашивает Истелла прямо с порога.

А я, ничего не отвечая, сосредотачиваюсь и щёлкаю пальцами, и её глаза моментально тускнеют, словно в её голове выключили свет, а лицо разглаживается от постоянных гневных очертаний.

Она стоит, застывшая. Теперь её разум где-то там глубоко внутри… спит, а тело здесь… со мной.

Я широко улыбаюсь; облизываю губы, предвкушая дальнейшее.

Эта сука постоянно ходит в короткой юбке. И только теперь до меня доходит, что носит она её неспроста, а чтобы вымогать деньги, как в моём случае. Но сейчас я верну своё. Я дал ей тогда денег, а она мне — ничего. Такое отношение никуда не годиться. Если мужчина даёт девушке деньги, значит она, как минимум, должна отсосать. Но в таком состоянии Истелла не способна как следует работать ртом. Однако…

Обойдя её, я задираю ей юбку. Так и знал, что она носит кружевное бельё! Вы только посмотрите на эту дрянь. Ходит тут, строит из себя крутую, занимается вымогательством, а сама в кружевных трусиках!

Хе-хе.

Но нельзя терять время на пустяки. Если жертва слишком долго пробудет в таком состоянии, то точно что-то заподозрить, обнаружив выпавшие из жизни минуты, а мне нужно остаться незамеченным.

Спустив с неё трусики, я смотрю на её дырочки. Пальцами провожу по клитору, а она не дёргается, даже когда мои средний и указательный пальцы входят во влагалище. Настолько неспробудно спит. Однако её вагина меня не интересует. Эту суку я собираюсь отыметь прямо в задницу, ибо она это заслужила!

Выдавив на кончик пальца анальный крем, я хорошенько смазываю Истелле анус. Он у неё в отличном состоянии. Тугой. Должно быть никогда не долбилась в попку. Но сейчас я это исправлю. За те деньги, что она выманила у меня, я имею право пользоваться этим задним проходом.

Несмотря на худобу, у меня здоровенный член; напялив на него презерватив, с улыбкой на лице я засовываю своё достоинство в готовую дырочку. Член входит медленно, но уверенно, целиком исчезает в этом юном теле.

Наконец-то! Секс с девушкой, который я так долго ждал. Который я уже не надеялся вкусить.

Это просто бесподобно!

Благодаря смазке член скользит как у себя дома, снова и снова, издавая хлюпающие звуки, в то время как мышцы ануса сжимаются и разжимаются, не в силах противостоять моей силе. Истелла так и стоит, выражение лица не меняется, она даже не знает, что сейчас я ебу её как долбанную дворняжку. Не стоило недооценивать меня!

И тут я кончаю, и мне становится так хорошо; лучше, чем если кончить от долбанной мастурбации. Всё-таки здорово заниматься сексом! Ощущения превзошли все мои ожидания. Обидно только, что это продлилось всего несколько минут. Но для первого раза сойдёт.

Вынув член, вижу, что в презервативе накопилось огромное количество спермы. Жаль нельзя оставить его в ней или заставить проглотить. Было бы замечательно. Но надо быть осторожным, не оставлять явных следов в избежание проблем.

Задница Истеллы просто зияет манящим тёмным цветом, куда так и норовит нырнуть ещё раз. Будь у неё сознание, она бы вопила от боли и умоляла о милости. А так, всё прошло тихо и незаметно. Конечно, дискомфорт сзади она будет испытывать (куда тут деваться?), но это ведь пустяки. Пусть немного потерпит. Я терпел половину своей никчёмной жизни.

Протерев все следы с её промежности, натянув на неё кружевные трусики и поставив тело в исходное положение, я возвращаюсь на место, где Истелла застала меня, и щёлкаю пальцем.

Глаза девушки вновь загораются, а лицо становится злым, как и прежде.

— Я спросила… — надменно начинает она, но вдруг замолкает, должно быть, почувствовав внезапную боль сзади.

— Нет-нет, мне от вас ничего не надо, — уверяю я.

И, недоверчиво посмотрев на меня, она торопливо уходит, а я остаюсь, смеясь про себя, довольный тем, что отымел эту хулиганку. Но так просто она от меня не отделается. Я собираюсь сделать из неё персональный анальный мастурбатор!

~~~

Впервые за долгое время я иду на работу с превеликой охотой. Не училище, а питомник моих личных шлюшек, а я чисто ими руковожу. Вхожу в здание с высоко поднятой головой, чувствуя себя господином своей жизни.

Всего за неделю я перетрахал большую часть учениц, так или иначе досаждавших мне. И никто из них не понял, что произошло с их дырочками. Я не знаю откуда у меня способность заглушать разум людей, но это лучшее, что со мной случалось!

Также я мог бы выебать некоторых молоденьких учительниц, которые выглядят очень даже ничего. Но, думаю, нужно сохранять солидарность к коллегам. В конце концов мы вместе терпим выходки дебилов, которых по привычнее называют учениками. На долю учителей выпадает большой груз ответственности и стресса. И очень жаль, что об этом никто не задумывается.

Но мне некогда горевать о упущенных учительницах, ведь кроме них мне есть кого трахать. Например, самую красивую девушку нашего учреждения. В прошлом году София Вест уверенно завоевала этот почётный титул, и сразу стала объектом вожделения многих парней. Уверен, в этом году она тоже возьмёт первое место. Присунуть в неё член было бы просто волшебно, хоть она никогда меня и не задевала.

Я знаю, что у неё есть бойфренд. Может быть даже не один. У таких, как она, всё бывает не просто. И я хорошо осведомлён тем фактом, что она часто ходит в старый туалет, куда обычно идут социально расслабиться. Не сложно догадаться об очевидном. В одной из кабинок уборной она за милую душу берёт за щеку у своего молодого человека. Но это меня не волнует. Мне просто нужно ненадолго остаться с ней наедине…

intimSHOP.ru

И такая возможность выпадает мне спустя два дня. София, никем не замеченная (кроме мною), опять направляется в старый туалет. Она одна. Без партнёра. Должно быть он присоединиться чуть позже. Однако грех упускать такой шанс. И я иду за ней. Вижу, как она исчезает за дверью. Перед тем как войти, проверяю, не смотрит ли кто на меня. Никого не замечаю и вхожу.

Услышав открывающуюся дверь, София, стоя перед раковиной, резко оборачивается и сильно удивляется, увидев меня. Она явно ожидала увидеть кого-то посимпатичнее. Но ничего страшного.

— Что вы здесь делаете?

Вместо ответа я сосредотачиваюсь и щёлкаю пальцами, и София погружается в глубокий сон. Проще простого.

Закрыв дверь на задвижку, приближаюсь к ней. Самая красивая девчонка… Уверен, секс с ней просто ни с чем не сравнить! Такие куколки определённо созданы только для ебли.

Без лишних раздумий принимаюсь расстёгивать ей блузку. Закончив возиться с одеждой, обнажаю сиськи и… вижу, что они у неё сплошь покрыты прыщами, как лицо подростка во время гормональной нестабильности, а соски выглядят настолько отталкивающе, что даже мне становится паршиво.

Господи!

Быстро застегнув пуговицы блузки, направляю своё внимание на нижнюю часть тела, которая, я уверен, слаще, чем можно себе вообразить. Я снимаю с неё трусики и… вижу, что вся её промежность полностью покрыта волосами. Растительность не обошла стороной даже попу. Настолько там густо и черно. Прям дремучий шотландский лес.

Минуту стою и не понимаю что происходит. Как красивая девушка может быть такой неухоженной? Опять у меня побаливает голова и не способна сложить два плюс два. Потом я решаю, что не хочу иметь дело с таким телом, и, вернув ей прежний вид, возвращаюсь к двери, щёлкаю пальцами, и, ничего не говоря, выхожу в коридор, оставив Софию в одиночестве и недоумении.

Тем не менее я не впадаю в грусть.

480x50 skuka

Позвав в свой кабинет Истеллу, я вновь пользуюсь её задницей. С каждым разом она становится всё лучше и лучше. Одно удовольствие заниматься с ней анальным сексом. Её дойки просто сводят меня с ума, хотя, конечно, когда я сжимаю её соски, никакого молока не появляется. Сжимая их в руках, я, кажется, постепенно начинаю познавать истинный замысел необъятной вселенной. Я не останавливаюсь, пока её анус не начинает напоминать мне разграбленную Александрию.

Я натягиваю Истеллу где хочу и когда хочу. Она даже не догадывается, что стала личным мастурбатором для сорокалетнего мужика, которого ненавидит.

Наказывать врагов — просто блаженство.

Щелчок пальцев, и она превращается в куклу, в марионетку, в овощ, в игрушку, в шкуру, которую только остаётся натянуть на возбуждённый член и радоваться жизни.

Вот только жаль, что я не в силах заставить её сосать. Когда я засовываю ей член в рот, то ничего более не происходит. Конечно, у нее ведь нет сознания, а без сознания не задействовать мышцы ротовой полости, чтобы вышел качественный минет. Тут бесспорно нужен хоть какой-то рассудок. Минет — это не мешки ворочать. Поэтому я продолжаю долбить Истеллу в попку, пока в один из дней не замечаю, что её анус сильно изменился, заметно вздувшись, как круг, в который накачали воздух. Такая метаморфоза явно не обходит её стороной. Наверняка она уже задаётся вопросом: что происходит с моей жопой? из-за чего она так расширилась? И, слава богу, она никогда не узнает, что к раздолбанной дырочке причастен лично я.

Оставив в покое Истеллу, которую я наделил слишком большим вниманием, я сосредотачиваюсь на других ученицах, благо их достаточно.

~~~

Затем подкрадываются каникулы, которые будут длиться целых две недели.

Во время каникул мне, как правило, нечем заняться, кроме подработки репетиторством. Раньше я избегал этой опции, поскольку был всегда выжат, душевно изнемождён, подавлен, и не видел выгоды идти учить какого-то там бездаря. Но с обретением способности всё изменилось. Я чувствую себя совершенно по другому, полон сил и уверенности. Возможно всему виной регулярный секс, чего мне так не хватало. И, чтобы поддерживать себя в тонусе, я решаю найти какую-нибудь ученицу, с которой буду развлекаться целых две недели.

Однако вскоре я узнаю суровую правду: не всем людям нужен репетитор по географии. В основном нуждающиеся мальчики средних и высших школ. Тщательно порыскав объявления, худо-бедно нахожу телефон одной девчонки, которой нужно помочь со странами африканского континента. Зачем ей это? Какая разница! Договорившись с её мамой на десятидневное обучение, на следующий день я иду к ним. Квартира у них уютная. Девчонку зовут Инга, старшеклассница с короткими чёрными волосами, худенькая. Оставшись вдвоём, мы приступаем к занятию. И я сразу пускаю в ход своё секретное оружие: концентрируюсь, щёлкаю пальцами, отправляя сознание Инги куда-то в астрал. Она никак не реагирует, когда я аккуратно кладу её спиной на кровать и начинаю целовать. Потом задираю футболку и присасываюсь к соскам. Грудь у неё совершенно плоская, как у подростка. Благо сосочки милые и розовенькие. Вдоволь насладившись ими, я спускаю с неё штаны и, вытащив член и в нетерпении натянув на него резинку, застываю. Что я делаю? Она ведь школьница старших классов! Неужели я настолько жалок, что готов лишить невинности неокрепшее сознание? Это явно никуда не годиться. Я не буду её трогать. И, вернув всё как и было, возвращаю Инге сознание, и мы приступаем изучать Африку.

700x180 sale

Так проходят мои каникулы.

Без никакого секса.

Даже самая крутая способность во вселенной становится бесполезной, когда рядом никого нет. Много дней подряд я вынужден вернутся к истокам — яростно мастурбировать, при этом буквально считая часы до начала рабочих будней. Никогда бы не подумал, что буду скучать по своим ученицам. Хоть они и глупые, но красивые, с мягкими сиськами и с приятными дырочками, куда хочется войти и не выходить.

Потом наконец-то наступает рабочий день.

Иду на занятия почти вприпрыжку, широко улыбаясь и зная, что сегодня вдоволь натрахаюсь.

Ещё ни разу за свою профессиональную карьеру стены этого учебного заведения не казались мне такими тёплыми и столь родными. Отбивая шагами ритмичный стук, разлетающийся по углам коридора, мне впервые приходит в голову мысль: я рад, что в своё время решил стать учителем и продолжить дело родителей. Быть учителем — здорово. И не обязательно преподавать, можно просто учить чему-нибудь и радоваться… особенно когда есть доступ к юным женским телам. Думая обо всём этом, я, спускаясь по главной лестнице, вдруг ни с того ни всего спотыкаюсь и стремительно кубарем лечу вниз, считая каждую ступеньку. Всего пару секунд, и я с грохотом приземляюсь на задницу. Боль такая, что не пошевелиться, и чтобы не закричать, я как можно сильнее стискиваю зубы. Как так вообще вышло? Как я мог споткнуться? Слыша насмешки учеников, которые воочию увидели моё падение, я поднимаю взгляд и на самой вершине лестницы замечаю Истеллу, стоящую с весьма довольным выражением лица. Неужели она поставила мне подножку? А я, витая в облаках, не заметил…

— Дохлый Хер чуть не сдох, — летит шутка из толпы.

— Ещё чуть-чуть, и он реально бы сдох.

— Да не, дохлый не дохнет.

С трудом поднявшись на ноги, ощущая боль в пояснице, я подбираю свой отлетевший в сторону портфель и, продолжая слушать насмешки учеников, бреду в аудиторию, где через пять минут начнётся занятие.

700x180 bdsm

За весь рабочий день мне ни разу не выпадает возможность с кем-нибудь уединиться. Боль в пояснице постепенно проходит, а в голове крутится только одно имя. Истелла.

Я настолько разозлён, что от напряжения начинает идти кровь из носа. Давно подобного не было, и вот опять. Мне хочется поскорее поквитаться с этой ебаной сукой, которая чуть меня не убила.

Выебу.

Выебу!

Но если я буду сидеть сложа руки, она не окажется в моих лапах. А мне нужно наказать её сегодня, во что бы то ни стало. Поэтому надо действовать! Набравшись решимости, выхожу из своего кабинета, намереваясь сполна ответить за подножку. Возможно прежний Дохлый Хер отступился бы, струсив, но я уже не тот, что был раньше. У меня есть член, а у этой суки есть жопа, куда можно пристроить этот член.

Я ищу эту потаскуху по всему зданию, но нигде не нахожу. Неужели ушла домой? Нет, быть того не может, ведь остаётся ещё одно занятие. Если я ничего не путаю, сейчас у неё будет пара по математическому анализу, а этот предмет никто не прогуливает. Любое другое занятие ещё можно пропустить из-за личной прихоти, но вот матанализ… Дай Бог сил тому, кто намеренно решит прогулять этот урок, ибо в противном случае его ждёт неслабая кара от Марты Прогалевны. А эта дородная дама способна превратить жизнь любого ученика в ад. Так что нет, Истелла не могла уйти. Она где-то здесь… прячется.

Должно быть не до конца исчерпан лимит моего везения, потому что вскоре замечаю, как Истелла в своей короткой юбочке направляется в сторону старого туалета. Наверняка опять у кого-то вышибла деньги и теперь пошла считать их. Не дожидаясь удачного момента или когда звёзды сойдутся в одну линию, я следом вхожу в уборную.

— Какого хера, — успевает произнести Истелла, прежде чем раздаётся щелчок моих пальцев.

Обуреваемый местью, я набрасываюсь на неё, заталкиваю это бессознательное тело в одну из кабинок, где стоит обоссанный унитаз, и закрываю за собой дверцу. Теперь ей некуда деваться. Я буду трахать её с превеликим наслаждением.

Пристроив возле толчка и для удобства слегка нагнув Истеллу, я одним уверенным рывком стаскиваю с неё трусики и замираю в удивлении. То, что я вижу, торчит прямо из ануса. Гладкое. Чёрное. Силиконовое кольцо. Несколько присмотревшись, через некоторое время понимаю, что это не что иное, как анальные бусы! Эта ебаная сука ходит на занятия с игрушкой в жопе! Что она дела на каникулах? Разрабатывала себе задний проход? Или давала пускать себя по кругу своим же отморозкам? Уверен, они, как только заметили, что у неё рабочая попа, сразу смекнули что к чему и не стали тушиться, а взяли и наконец-то превратили эту дрянь в личную шлюху.

700x180 woman2

Но это только догадки.

Засунув палец в кольцо, я слегка тяну его на себя, потом, когда выглядывает часть шарика, отпускаю, и шарик плавно исчезает внутри.

А игрушка-то большая!

Неужели это всё из-за меня? Я ведь трахал её так часто, что она вполне могла начать испытывать удовольствие, а потом подсознательно пытаться заполнить пустоту, явленную отсутствием моего члена. Вполне возможно…

— Ничего, лапочка, папочка уже здесь, и папочка сейчас сделает тебе хорошо, — шепчу я ей на ухо и, основательно взявшись за силиконовое кольцо, выдёргиваю анальные бусы; когда все шесть шариков поочерёдно выходят на свет, у неё внезапно происходит недержание мочи: тугая струя бьёт прямо в кафельный пол, отчего тысячи капель разлетаются во все стороны, задевая её и мои ноги.

Неужели телу было так приятно?

Боже, как вообще можно злиться на эту умницу!

Тем временем раздаётся звонок на начало занятий, а я, глядя на зияющий анус, натягиваю презерватив на вздувшийся член и вхожу в Истеллу. Её задний проход настолько расшатан, что мне даже не приходится использовать смазку, чтобы оказаться проглоченным по самые яйца.

Какая ж она стала ненасытной!

Чувствуя странную гордость, которую невозможно описать словами, я трахаю её, наслаждаясь гладкими стенками внутренности, нежно обволакивающими мой член. При каждом проникновении из неё вырывается воздух. Мокрые, хлюпающие звуки пропитывают старую уборную, подобно сигаретному дыму. Уверен, в этих кабинках никогда ничего подобного не вытворяли. Отстранившись в сторону, я раздвигаю ей ягодицы и убеждаюсь, что она действительно самая лучшая. С неё по-прежнему капает, а когда я снова и снова засовываю член поглубже, вагина начинает брызгать небольшими порциями мочи.

Будь моя воля, я бы наяривал её целый день. Это лучшая попа, которую я трахал в этих стенах.

Но жизнь не может быть настолько прекрасна, ибо это жизнь, со всеми вытекающими. И в подтверждение сказанному, скрип открывшейся двери заставляет меня остолбенеть.

Кто-то вошёл в уборную.

От волнения я даже перестаю дышать, во всю длину находясь внутри Истеллы, хотя возбуждение моё настолько велико, что я готов плюнуть на всё и продолжить трахать. Но я не решаюсь на подобный шаг, потому что кафельная поверхность отчётливо выдаёт чьи-то шаги. Кто бы это мог быть? Учащийся? Но сейчас ведь идут занятия. Конечно, можно отпроситься, но после этого идти в старый туалет…

— Кто здесь? — спрашивает женский голос. — Здесь кто-то есть? Я слышала какие-то звуки.

Заместительница директора. Что здесь забыла старая потаскуха? Пришла поностальгировать? Нашла, блядь, время!

И тут я случайно роняю анальные бусы, которые доселе держал в левой руке. Силиконовая игрушка падает в лужу мочи, и возникшего звука хватает, чтобы у заместительницы директора отпали все сомнения насчёт слуховых галлюцинаций, вызванных с возрастом.

Сука!

— Кто там? — допытывается старая шваль. — Быстро отвечайте!

— Это я, — неуверенно начинаю я, пытаясь что-то придумать.

intimSHOP.ru

— Кто?

— Рат Дастмалчян, учитель географии.

— Мистер Дастмалчян? Что вы здесь делаете?

— Живот прихватило.

— Вы ведь прекрасно знаете, что уборная для учителей находится на третьем этаже.

Затем я, пытаясь улучшить своё положение, поскальзываюсь на моче, и только благодаря находившемуся внутри Истеллы члену умудряюсь каким-то чудом сохранить равновесие и не приземлиться на пятую точку.

— С вами всё хорошо? — интересуется ведьма, услышав, как я чуть не станцевал лезгинку на жёлтой лужице.

— Да, всё отлично.

— Что это был за звук?

— Какой звук?

— Только что…

И она подходит к дверцу нашей кабинки, где мы с Истеллой стоим в неподобающих позах. Если заместитель директора увидит меня с ученицей, которая потом будет рассказывать, что ничего не помнит, у меня возникнут огромные проблемы. Такого как я легко обвинят в изнасиловании, и скажут, что молодую Истеллу Тейт я чем-то накачал. За подобное могут впаять и пожизненное.

У меня начинает бешено колотиться сердце.

Паника!

— Вы в порядке?

— Со м-ной всё хо-ро-шо. Не переживайте.

— Вам плохо?

— Про-шу вас, просто уй-дите.

Она дёргает дверцу.

— Если вам настолько плохо, я могу позвать доктора.

— Пожалуй-ста, уйдите.

— Я не верю, что с вами всё хорошо. Вы что-то скрываете…

Она опять пробует открыть дверь кабинки, которая держится на жалкой подобии задвижки. Если хорошо приложиться, её легко выдрать с корнем. И я начинаю молиться, чтобы у этой старухи не хватило силёнок на подобный подвиг.

— Откройте, — говорит старая женщина.

— За-чем?

— Хочу удостовериться, что вы в полном здравии. Вы как-то странно говорите, мистер Дастмалчян.

— Проваливайте, — не выдерживаю я.

— Что?

— Проваливайте, — повторяю я с жаром.

И после короткой паузы она говорит:

— Я всё же позову доктора. С вами явно что-то не так.

Она делает шаг в сторону выхода, а у меня перед глазами за долю секунды пробегает сцена, где меня сковывают наручниками, сажают в полицейскую машину и отвозят в тюрьму, к зэкам, которые только и ждут моего появления.

Я не могу допустить, чтобы она кого-то позвала!

Придерживая одной рукой тело Истеллы, открываю дверь, и, сосредоточившись, щёлкаю пальцами, лишая заместительницу директора сознания, дабы она застыла на месте.

И она застывает.

Я вздыхаю с облегчением.

Но потом с ужасом понимаю, что щелчок, который лишил рассудка у старухи, в одночасье вернул сознание к Истелле.

Она сразу начинает постанывать. Я крепко держу её руками, всё ещё находясь членом в её заднем проходе. Затем Истелла, явно недоумевая, медленно оборачивается и встречает мою физиономию, сорокалетнего мужчину, пристроившегося к ней сзади. Её лицо моментально становится мертвенно бледным. Приоткрытые от потрясения губы принимаются дрожать. Она что-то хочет произнести, но не может, потому что слова застревают в горле. Представляю — осознать, что тебя трахает учитель, которого прозвали Дохлый Хер далеко не только из-за криво расположенных глаз, может ввести в ступор любую девушку на этой планете.

Окончательно потеряв контроль над происходящим, я решаю взять ситуацию в свои руки, пока Истелла не пришла в себя.

— Если ты кому-то расскажешь, — поясняю я, чувствуя, что вот-вот у меня вырвется сердце из груди и я упаду замертво, — тебя все засмеют. Ты станешь изгоем. Девушка, которую трахнул Дохлый Хер. Над тобой будут смеяться до конца жизни… Понимаешь?

Она кивает.

— Вот и славно. Пусть это останется нашим маленьким секретом, — заканчиваю я и вынимаю свой всё ещё возбуждённый член из её ануса, который остаётся зиять даже тогда, когда она впопыхах возвращает трусики на привычное место.

Всё ещё находясь в шоке, Истелла смотрит себе под ноги; видит там лужу мочи и знакомые анальные бусы, лежащие чуть в стороне. Напоследок замечает мой болтающийся член и, скользнув по мне широченными от ужаса глазами, не задавая никаких вопросов, выбегает из старого туалета.

А я опять вздыхаю с облегчением, даже испытывая дикую усталость, свалившуюся из неоткуда.

Хорошее возвращение после каникул. Ещё бы чуть-чуть, и меня бы поймали с поличным.

Спрятав анальную игрушку у себя за пазухой, чтобы не оставить странных улик, я щёлкаю пальцами, но, так и не увидев, пришла ли заместительница директора в сознание, внезапно проваливаюсь в темноту.

~~~

В себя я прихожу уже в больнице. Когда в мою палату входит врач, я уже знаю, что со мной всё плохо; чрезмерное использование способности дало о себе знать. Врач откровенно делится с результатами анализа и говорит, что у меня обнаружили злокачественный опухоль головного мозга, и что в столь поздней стадии это не лечится.

В свою очередь я даже не удивляюсь этой страшной новости.

Где-то глубоко внутри меня уже сидит ответ.

В конце концов в этом мире за всё надо платить; за мысли, за слова, за действия, за поступки, за способность, которую приобрёл непонятным образом.

Последние месяцы моей жизни были, вне всякого сомнения, самыми яркими. Столько аппетитных попок и кисок я перетрахал. Столько удовольствий испытал. Секс — великая штука, придуманная Создателем. Каждый имеет право воспринимать его по своему, но тот факт, что рвать своим членом молоденьких девушек — это самое лучшее занятие в мире, мало кто осмелится оспорить. Жаль только, что мои дни сочтены. Больше не будет никаких учениц. Истеллы.

Но я ни о чём не жалею…